Проникновение Печенегов в Угрию шло тремя путями: с севера или, точнее, с северо-востока, с востока и юга. С юга Печенеги прорывались в Паннонию, главным образом через Железные ворота на Дунае, с востока они проникали южными карпатскими проходами на верховья Ольты, Мароша и Самоша, откуда шли на запад или, спускаясь вниз по Марошу или Мезёшегскими воротами,
При этом Токсоне, преемнике Золтана (ок. 943—972 гг.), совершилось, по-видимому, уже массовое переселение Печенегов в Угрию. Аноним короля Белы передает известие о том, как из Печенежской земли пришел к Токсону целый род во главе с Тонузоба, и о том, как мадьярский князь расселил пришельцев в северной Угрии, в Кемейской области у Тиссы24. При том же Токсоне, по тому же источнику, пришли еще в Угрию некие Била и Баксу, которым был дан в держание Пешт25. По их именам в них также видят Печенегов26.
В это время, когда Угрия начинала уже поселять в своих пределах осколки печенежских родов, подступавших к ее границам, главная печенежская орда еще властвовала в Приднепровье, хотя ее могущество здесь доживало последние десятилетия. Уже в 985 г. Владимир Киевский в своих приволжских войнах с Болгарами пользовался помощью Торков36, которые все более и более вытесняли Печенегов из причерноморских степей; все более сгоняемые к Поднепровью, Печенеги начинают свой натиск на Невскую Русь, отбрасывая ее южную границу за Рось, под самый Киев — на Стугну, Ирпень и Трубеж; в течение
Их господство в южнорусских степях (точнее — в Приднепровье) было недолгим, поэтому недолгим было и их соприкосновение с Русью, однако их значение в ее истории значительно и именно потому, что, тогда как главная масса Печенегов после вытеснения из степей была вобрана Византией и Угрией, главная масса уцелевших Торков была, по-видимому, расселена русскими князьями по Руси.
Через восемнадцать лет после того, как летопись в последний раз сообщила о нападении Печенегов на Киев и о поражении их Ярославом, встречаем первое известие о Торкахе в Приднепровье; но это уже была не та сильная орда, которая сокрушала Печенегов, а уже,
В 1060 г. по летописи (1062 г. — по Голубовскому)43 русские князья предпринимают уже большой совместный поход на Торков, все в том же направлении — вниз по Днепру44, окончательно решивший участь Торков в Приднепровье: Торки, заслышав о надвигающихся русских ратях, не вступили в битву, но «убояшася, пробъгоше и до сего дне и помроша бъгаючи, Божьимъ гнъвомъ го-ними, ови от зимы, друзии же гладомь, ини же моромь и судомь Божьимъ. Тако Богъ избави хрестьяны от поганыхъ»45. Степями окончательно завладели Половцы46, Торки же, отхлынув от русского Поднепровья, принуждены были уйти к Дунаю. В 1064 г. они (под именем
Первое бесспорное свидетельство о поселении Торков на Руси относится к 1080 году: «В лЪто 6588. Заратишася Торци Переяславьстии на Русь, Всеволодъ же посла на ня сына своего Володимера, Володимеръ же шедъ, побЪди Търкы»52, то есть здесь говорится о восстании Торков, живущих в Переяславском княжестве, и о подавлении этого восстания сыном великого князя киевского (Владимиром Мономахом). Почти к тому же времени относится и первое известие о поселении Торков на правой стороне
На тождество русских Берендеев с Berend мадьярских источников указал Kossanyi В. в цит. работе Az uzok es komanok tortenetehez a XI—XII. sz. С. 529, пр. 2. Сводка следов Берендеев в Угрии будет дана ниже. О Берендеях в Болгарии см. у С. Jirecek, ц. с. С. 6—7, где приводятся две болгарские деревни Berende в районе Цариброда и Брезника между Нишем и Софией. Среди властителей Молдавии встречается в 1438 и 1442 гг. стольник Бериндей (Beryndej — в транскрипции Иречека).
Берендейские поселения, подобно торкским, находим и в Галицком и в Киевском княжествах, но кроме того также и в Ростово-Суздальской земле, где нет следов Печенегов.
Удачные походы Русских 1103, 1109, 1111 годов пошатнули господство Половцев в степях и вызвали, очевидно, надежду на освобождение у тех тюркских орд, которые все еще не примирились с властью Половцев. Вслед за удачным походом 1116 года князя Ярополка Владимировича, дошедшего до самого Дона, там, в Придонье, поднялось восстание Торков и Печенегов, свидетельствующее о том, как много их еще оставалось в степях. Два дня и две ночи длилась страшная сеча; результат ее был не в пользу восставших: Торки и Печенеги оставили степи и пришли к киевскому князю Владимиру Мономаху73.
Это была последняя большая,
Но переяславский князь Ярополк не растерялся и прежде всего «повелъ гнати люди и Торкы въ Баручь и в прочая грады», а уже затем удачно отразил Половцев77.
Кроме Торков, Берендеев и Печенегов известны из летописей еще три имени тюркских родов, осевших на Руси: это Каепичи, Ковуи и Турпеи.
Если первые два имени не удается связать с какой-либо из больших известных нам тюркских народностей, то последних, Турпеев, как нам кажется, можно