Первое племя названо по имени только в позднейших источниках: Кркбан, Керкиан, Керакертия — странные имена, не дающие никакого материала для определения географического положения этого племени. Но зато в древнейших источниках точно обозначается столица этого племени — Куяба = Куява = Киев. Таким образом, под первой русской областью необходимо разуметь Приднепровскую Русь, в чем единогласно сходятся все исследователи этого вопроса.
Приняв во внимание чрезвычайную сбивчивость географической номенклатуры в параллельных
Георгия Амастридского, составленное до 842 года, рассказывая о нападении руси на Амастриду (город на южном берегу Черного моря), называет руссов народом «хорошо всем известным». Бертинские анналы под 839 годом рассказывают о прибытии в Ингельхейм из Константинополя руссов, которые из Черного моря окружным путем хотели пробраться в Скандинавию. Ибн-Хордад-бех рассказывает о путешествиях руссов к Черному морю в первой редакции своего труда, датируемой временем до 846 года. Эти руссы — норманны:
Димашки говорит о семи русских островах на Черном море, причем на островах находятся уже села и города с развитым хозяйственным бытом. Мирхонд рассказывает, что до появления «руси» эти острова принадлежали Хазарии и были подарены русским разбойникам каганом. Аль-Ауфи и Шабангарей свидетельствуют, что около 900 года на Русском острове начало распространяться христианство, но что там было и много мусульман26.
Но, во всяком случае, даже в середине Х века эти области еще не потеряли характер более или менее самостоятельных государственных образований: Багрянородный противопоставляет Новгородскую, «внешнюю Русь» Святослава — Киевской. А как происходил этот процесс расширения Киевского княжества, путем включения самостоятельных областей, на востоке — совсем не известно. Все же некоторые намеки источников (Лев Диакон, договор Игоря с греками 945 года, Кембриджский Аноним, Записка Готского топарха) позволяют предполагать, что в середине
Однако очевидно, что во второй половине X столетия в сравнении с тремя главными областями — Киевской, Новгородской и Черноморской Русью — эти центры были малозначительными образованиями и в политической жизни Восточной Европы сколько-нибудь видной роли играть не могли.
Попытаемся восстановить гипотетическую картину взаимоотношений Хаза-рии, Киева и Тмуторокани в интересующий нас период.
Таким образом, Святослав дошел до кавказской степной полосы, где победил аланские племена, и затем вернулся на север, а в следующем году окончательно упрочил свою власть над вятичами. Завладел ли Святослав в течение этой войны Тмутороканью? Летопись об этом ничего не говорит, но нужно думать, что, идя по азовскому берегу, он не мог не обратить внимания на это княжество, которое, находясь при выходе из Мэотиды, держало в своих руках торговлю Подонья с Черным морем и которое, по всей вероятности в союзе с готами, помогало ему в хазарской войне. Поэтому приходится спросить: почему Святослав, имея в руках черноморский порт на Таманском полуострове, не задержал его, а, вернувшись
Можно предполагать, что в течение двадцати лет, протекших от неудачного азербейджанского похода до войны Святослава, Азовское княжество восстановило свои силы. Именно к этому промежутку времени (957 г.) относится свидетельство Масуди о могуществе черноморских руссов и об их путешествиях в Средиземное море. С другой стороны, и условия политической жизни Хазарии в это время были тяжелыми. Экономический кризис в связи с замиранием арабской торговли, давление мощных соседей и внутренняя борьба между евреями, с одной стороны, и мусульманами и христианами, с другой, ослабили ее мощь. Может быть, и руссы вмешивались при случае в эти внутренние раздоры Хазарии и помогали